Экология и экологичное развитие дошкольников. Часть 2

Что такое экологичное развитие дошкольников? Что это слово означает и как его интерпретировать по отношению к программам, инструментам развития, подходам развития дошкольников? Эти и другие вопросы во время дискуссии обсудили эксперты: Татьяна Раитина, Марьяна Безруких, Дина Дианова и Дарья Тимощук.

Если ещё вы ещё не читали первую часть дискуссии, можете прочитать её тут.

Татьяна Раитина: Спасибо, Дина. Мы, пожалуй, перейдем к следующему вопросу, если позволите. Хорошо бы поговорить о том, что в России. Растет рынок дошкольного образования, растет интерес родителей к разным методикам. Они доступны, с развитием технологий, доступны все больше. Родители интересуются, учителя учатся активно, осваивают, чтобы удовлетворить этот самый спрос на раннее развитие. А что происходит в мире? Я бы попросила Марьяну Михайловну сначала высказаться, а потом вас, коллеги, тоже. Вы знакомы с исследованиями, что сейчас в тренде в России – а в мире все также происходит?  Мы опаздываем, как правило, от трендов мировых: там уже начинают идти обратно, а мы еще туда идем. Что там происходит?

Марьяна Безруких: Идея сверхраннего обучения – та идея, которая была чрезвычайно популярна в конце 60-х -  начале 70-х годов. Это школа родителей Гленна Домана, о которой говорила Дарья, и так называемые методики Гленна Домана. У нас это вольная интерпретация. Потому что один из так называемых последователей Гленна Домана предложил методику «Раньше писать, чем ходить». Я не буду называть фамилий, у нас много подобных энтузиастов, и вот эта брошюрка для американских мам «Вырастите из своего ребенка гения» за доллар, которая продавалась очень широко в Америке в конце 60-х — начале 70-х,  это вчерашний день или позавчерашний. А у нас сегодня это чрезвычайно актуально.  

Дарья Тимощук: У нас сегодня набор карточек с этой брошюркой стоит 2,5 -3,5 тысячи рублей.

Марьяна Безруких: Когда я вижу подобную рекламу, подобные объявления  «Учим одному, двум, трем иностранным языкам детей с полутора лет» — мне, честно, жаль родителей и детей. Родителей не всегда, детей всегда. Я очень хорошо понимаю, к чему приведет  это. Есть разные разумные тренды в развитии, и вот как раз следование за ребенком, предоставление больших возможностей,  свободное развитие. Реджио педагогика — это не только среда, это идеология, это подход. Хотя и у нас, и за рубежом — подходов много, технологий недостаточно. У каждого подхода должна быть технология, чтоб транслироваться, чтоб это не оставалось такой идеологической местной особенностью  и авторской методикой….У нас были популярные методики, но прошло время , нет автора и нет методики. Это очень важно, когда мы перенимаем методику, например, идеология финской школы. Нельзя дерево, которое не приспособлено к этой почве, переселить сюда, не поливать, создать жесткие условия и получить плоды. Не бывает такого, к сожалению. Педагоги часто идут методом проб и ошибок. Это самый неэффективный путь для ребенка, самый неэффективный для педагога. Как раз говорили перед этим, сегодня много говорят о выгорании педагогов, дошкольных и школьных…О недостаточной квалификации, невладении технологий, принятии лозунга, под которым нет понятных «step by step». Можно что угодно говорить про идеологию любого подхода. Если нет глубокого проникновения в технологию, очень сложно. К слову, я говорю с полным основанием: у нас 20 лет функционирует программа «Ступеньки к школе», она выстроена на основе знания возрастной и индивидуальной особенностей ребенка. Принцип – индивидуальное развитие, учет особенностей индивидуального развития. Какой бы золотой не была методика, ее не приложить к детям одинаково. Нет регламента жесткого, но есть технологические ходы.

Татьяна Раитина: Можно сказать, что это тренд такой во всем мире. Сейчас много говорят об индивидуализации образования, с уровня школ спускаются в детский сад?

Марьяна Безруких: На мой взгляд, в детском саду так было всегда, самый разумный подход — с учетом возрастных и индивидуальных особенностей развития.

Татьяна Раитина: Дарья, есть чем дополнить у вас? Про тренды, что в мире делается, что популярно, мы уже поняли что Гленн Доман — это прошлый век (смеется).

Марьяна Безруких: Почему, у него есть разумные идеи…

Татьяна Раитина: Да, но интерпретация часто не соответствует оригиналу, с этой методикой лучше в оригинале знакомиться.

Марьяна Безруких: У него родитель должен 24 часа в сутки посвятить ребенку. Я читала книгу его последовательницы Сицилии Лупан «Поверь в свое дитя», там она поехала учиться к Гленну Доману со своим ребенком. Первый вопрос, который задала женщине в этой школе родителей: скажите, а если у вас День Рождения и вы хотите на полтора часа отвлечься и потратить на себя? «После того, как дети вырастут»….

Дарья Тимощук: Что касается частного сектора в мире, там все гораздо лучше чем у нас, если честно, хотя  сейчас на российском рынке ситуация немного улучшается. Чуть-чуть растет осознанность.

Татьяна Раитина: Родителей или педагогов?

Дарья Тимощук: И тех, и других.  Появляются центры, которые более экологичны, распространяется информация —  вебинары, лекции Марьяны Михйловны, Татьяны Черниговской – людей, которые несут реальное адекватное знание. Мы тоже подхватили просветительскую миссию активно. Что касается мира – приведу пример, пара брендов крупнейших сетей детских центров в мире. Gymboree, который представлен более, чем в  70 странах, более 40 лет и сеть Baby Sensory – и те, и другие тяжело воспринимаются родителями. Gymboree были и ушли из России, публика не приняла. У Baby Sensory знаю несколько франчайзингов — как тяжело идет прекрасная методика. Это рассчитано пока на узкий сегмент родителей. «Смартфокс» и похожие подходы – пока что продукт для узкого сегмента родителей. Но на Западе воспринимаются эти подходы. Там для родителей они  естественны. Они не торопятся.

Татьяна Раитина: Видимо, тут еще вопрос со школой: не просто так торопятся, всем надо попасть в хорошую школу, поэтому ребенок должен уметь читать, писать, считать. При том, что до марта еще букварный период.

Все: Они уже в декабре должны читать..

Марьяна Безруких: За 3 месяца невозможно освоить навык чтения и письма…Поэтому наши дети читают и не понимают, как говорят большинство учителей и родителей. И вместо письма -  каракули

Татьяна Раитина: Именно поэтому родители  стремятся раньше научить, понимают, что не научатся в школе за три месяца. Это вопросы к школе, преемственность вот эта – она у нас по-прежнему не на высоте, на Западе как-то лучше с этим.

Марьяна Безруких: Начальная школа в Европе и Америке — это для ребенка, а у нас — против ребенка.

Дарья Тимощук: Не во всех странах так, подход везде разный. Хорошо видна разница, допустим, в книге «Французские дети не плюются едой»… Книга очень спорная, но разницу в менталитете, допустим, французов и американцев, там видно на «ура». Не везде так, но в основном.

pixabay.com

Татьяна Раитина: Секунду, я обращаюсь к нашим гостям:  у вас есть возможность задавать вопросы лично, я с удовольствием буду зачитывать вопросы от вас, к кому- то лично обращаться,  прошу проявить активность, если что интересует, задавайте —  ответим. А я передаю слово Дине: реджио-педагогика популярна во всем мире, мы об этом знаем, но в России идет тяжелее…Может быть, потому, как сказала Дарья, образование у нас с трудом  продвигается, так как не дает быстрых результатов.

Дина Дианова: За последние  несколько лет как раз родители, которые хотят другого, и оно появляется. Причем это как снежный ком: нарастает интерес и к реджио-подходу, и появляются детские центры, которые считают, что они работают в русле такой педагогики, потому что на самом деле чисто внешне пока воспринимают…

Действительно, подход трудно тиражируется, дело в том, что он адаптируется в разных странах в зависимости от социально-культурных особенностей. Прежде всего, запросы родителей включаются, поэтому везде по-разному. Тем не менее, основные принципы должны соблюдаться. Это очень большая тема, невозможно рассказать в трех минутах….Что касается того, какие тренды вызывают интерес у родителей — это диапазон естественного воспитания. Есть несколько направлений, к которым я вижу интерес родителей, они становятся модными. Лесные сады (эта история в Дании началась) сейчас очень распространены, и вот туда приводят детей приводят. Не на весь день, на несколько часов, часов на 5, практически в естественные условия. Кстати, лесные сады очень любят реджио, потому что это материал открытого взаимодействия. И все это взаимодействие происходит в горизонтали, там нет привычной иерархии – взрослый сверху. Это близко, потому что это такие разные форматы общения ребенка с природой и познания природы, сейчас это модно. Где-то как отдельный формат, а где-то дети прямо спят на открытом воздухе. Им дают в руки ножи – понятно, что они уже умеют ими пользоваться, учат и показывают, как им пользоваться. И вот сидит ребенок где-то в лесу с ножом, он нашел палку, из которой сам может сделать игрушку – самый главный конструктивный  элемент.

Марьяна Безруких: В отличие от реджио, где вся среда сделана искусственно…

Дина Дианова: Нет-нет, там как раз материалы открытого назначения, очень много природных, из которых дети делают что-то своими руками. Поэтому и пересечения. И вот ему надо заточить эту палку, сделать острой. Ребенок сидит, строгает, ему 6 лет. Понятно, что с точки зрения наших СанПинов это (Прим.ред. Имеется в виду: недопустимо). И у них есть СанПины, но тут, видимо, заключается какой-то договор между организацией и родителем, и те дают согласие, поэтому это оправданный риск.

Татьяна Раитина: Это оправданный риск. Это след момент. Есть такие родители, которые уже готовы, чтоб их дети росли в среде допустимых рисков?  Так включается и мотивация, и самоконтроль, и саморегуляция. В условиях, когда ребенку надо действовать в ситуации, не продуманной кем-то,  а самому взаимодействовать, просчитывать. Наш мозг таким естественным образом начинает работать. Во-первых, коммуникация с другими детьми сразу включается – наш сад находится практически в лесу. Мы очень любим лесные прогулки и много времени проводим в лесу – в любое время года. И мы видим,  какими дети приходят с прогулок, как у них там возникает спонтанное сообщество, где кто-то кого-то поддерживает. В готовой среде это так не видно, а вот в среде, где есть некие опасности… Естественно, есть взрослый, который контролирует эту ситуацию. На прогулках ребенок и группа детей взаимодействуют, и это взаимодействие происходит без указания взрослого. Ну вот это, мне кажется, всё тренды мировые, что до нас “докатываются”. Та же самая тема экологичности, в буквальном смысле и связи с природой, изучение природы. Все приносится домой, изучается, зарисовывается. И вот это обучение спонтанное, естественное,  потому что ребенку все это интересно, приводит к тому, что дети осваивают массу тем. Не только воспитание, самоощущение. Всё происходит в единстве. Там нет такого — вот мы с вами поучимся, а здесь мы просто поиграем  на природе. Это все связано.

Татьяна Раитина: Еще нужно сказать, как раз недавно в Китае ввели в Госстандарт уроки занятия с оправданным риском — anji play, проект, когда они там прыгают.

Дина Дианова: Они дружат с реджио,  что-то заимствуют.

Татьяна Раитина: Эксперты говорят, что скоро, когда эти дети вырастут, мы будем у них экспортировать технологии, потому что это сильно влияет на развитие.

Марьяна Безруких: Да, безусловно, я видела запись занятий этих — это интересно. Вообще, ситуация неопределённости — это самая развивающая для многих ситуация, но риск правда должен быть оправданным.

Татьяна Раитина: А ситуация должна быть создана взрослыми.

Дина Дианова: Это как раз один из моментов реджио педагогике.

Марьяна Безруких: Должна быть хорошо просчитана ситуация, а педагоги – хорошо обучены. Раз зашла речь о СанПинах – к сожалению, они разработаны сто лет тому назад. Ну, не 100, а тридцать, и они фактически не меняются. Переписываются чуть-чуть, туда добавляются очередные 5 минут за компьютером…Я хочу вам сказать, что все это стремление к природе, этот противовес гаджетам. Это способ ребенка отвлечь от гаджетов, потому что сегодня мы об этом немножко забываем, но ребенок в полтора года в руки получает гаджет. Сегодня мы можем сказать, например, о развитии речи: от 40-60 % детей имеют несформированную речь . То есть они приходят  в школу с несформированной речью!

Татьяна Раитина: Доказано, что это гаджеты виноваты?

Марьяна Безруких: Нет-нет, частично — это, конечно, гаджеты. Потому что гаджет не разговаривает с ребёнком.  Частично — то, что читает детям только 10 % родителей. Это тоже  наше исследование, ну еще важно – как читать. Потому что если родители сели и исполняют свой родительский долг в течение 30-40 минут, они это зря делают,  потому что через 10 минут ребенок не слушает, а бесконечно его дёргает. Кроме того, само общение с детьми — вот беда ведь! Исчезает сюжетно-ролевая игра в детском саду. Все зарежимлено, все организовано, а если не сюжетно-ролевой игры — нет  свободного общения,  коммуникации, нет речевого развития. И еще один акт — это эмоциональный статус детей. И здесь просто беда. Мы получили результат мы просто не поверили, потому что единственная эмоция, которую дети хорошо различают, разделяют, понимают — это страх.

Дина Дианова: То есть внизу базовых потребностей все это.

Марьяна Безруких: Да. И это результирующая нашего отношения к детям. Если говорить про экологичное развитие детей, то репертуар эмоций должен быть широкий, дети хорошо должны знать, что такое радость, удивление.

Дарья Тимощук: Вот поэтому мы разработали программу по развитию эмоционального интеллекта как отдельный предмет.

Дина Дианова: А вот почему как отдельный,  я вот этого не понимаю.

Дарья Тимощук:  Мы внедряем элементы и…

Дина Дианова: Вот в жизни должно быть, этому нужно в первую очередь учить родителей, это должно быть в семье…

Татьяна Раитина: Неплохо бы педагогов для начала.

Дина Дианова: Чтобы было кому учить родителей.

Марьяна Безруких:  А самый простой путь? Сказки, которые мы читаем детям.

Дина Дианова: И вообще, оречевление всего, что мы чувствуем. Вот в реджио настолько они молодцы — я говорю, не могу всего рассказать, потому что многокомпонентность — там можно включить в любую программу. Если педагог продвинулся в изучении реджио или что- то начал понимать, он работает в группе по-другому, он начинает видеть, чувствовать детей  и по-другому к ним относиться. Родители  говорят: «Мой ничего не рассказывает, он приходит из сада. Я ему, где был, что делал? А он – ничего». Я спрашиваю родителей: «А вы ему что-то рассказываете? Или только все время допрашиваете, спрашиваете? Требуете ответа?» И они говорят: «Да, действительно, но мы же устали, вымотались , мы вообще говорить не можем» Это в одном направлении, что ли? Так он же должен увидеть в вас человека, которому вы интересны. Рассказывайте о детстве, или просто по поводу, куда-то идете, что-то видите, вот видите кошку и вспоминаете: «А вот у меня в детстве…» Вот так разговаривать, таких родителей мало.

Марьяна Безруких: Я вам расскажу очень интересную историю про родителей:  у меня есть родительский клуб, которому уже много лет. Два года назад попросила родителей сформировать  актуальный словарь своего ребенка – это сделать просто. Любое общение — на диктофон, вечером в словарик все слова. И 9 родителей согласились это сделать. Согласитесь, это не самые невнимательные родители, это те, кто и читает, и  обсуждает, и  рассказывает, очень внимательны к детям. Что оказалось? Словарный запас ребенка — а нас очень интересует возраст 6-7 лет, то есть чем заканчивают дошкольное детство и чем начинают учебу в школе —  600 слов. Словарный запас родителей – одни глаголы. Сядь, поешь, сделай, оденься.

Дина Дианова: Извините, перебью — про глаголы прошедшего времени — сел, встал. Эта манера, которая есть у некоторых родителей, это из тюремного или армейского лексикона. Упал, отжался. Вот что с этим делать?

Марьяна Безруких: Объявления, которые пишут, куда ходить и что разрешено, они в такой же форме.

Татьяна Раитина: Императивами мы очень любим общаться.

Дина Дианова: Это позиция, унижающая адресата.

Татьяна Раитина: Давайте вернемся к нашим коллегам, профессионалам, которые задают вопросы. Замечали ли вы тенденцию зависимости возраста родителя и его желания получить быстрые результаты у ребенка? Видимо речь идет о молодых и уже взрослых родителях.

Марьяна Безруких: Вы знаете, дело не в возрасте. Есть группа родителей с очень высоким материальным достатком, иногда с высшим образовательным цензом, где ребенок должен соответствовать, как дорогой автомобиль.  Он должен соответствовать требованиям и притязаниям родителей.

Татьяна Раитина: Вы вот тоже замечаете это, Дарья?  Что все состоятельные родители требуют от детей.

Дарья Тимощук: Не могу сказать, что все.

Марьяна Безруких: Не все, нет …Я говорю о том, что есть родители, не имеющие высокого образовательного ценза и высокого материального достатка, они не имеют возможности требовать то, что требуют те. У них нет трех нянь, которые должны научить ребенка читать, потому что им сказали научить читать в 3, 5 года.  И те, кто уже читает, из ребенка  душу вынимают просто.

Дина Дианова: Я называю это родительский невроз, когда такие ножницы образовываются между тем, чтобы ребенок рос в свободе,  но в то же время “хочу, чтоб умел и то, и то, и то”. Совмещение многим не удается.

Марьяна Безруких: То есть дело не в возрасте, дело в другом.

Татьяна Раитина: Давайте еще вопросы, здесь единогласие, спасибо. У всех ли выступающих в студии воспитание детей проводилось по экологичному развитию и каковы личные наблюдения?

Дарья Тимощук: Экологичному или экологическому?

Татьяна Раитина: Экологичному – про собственное развитие, про наших собственных детей. Могу сказать про собственного ребенка, что я к этому стремлюсь, но это очень сложно.

Марьяна Безруких: У меня уже правнук, и я всегда придерживалась того, что ребенок должен расти свободно. Нужно учитывать особенности ребёнка. Мы старались это делать и когда росла дочь, и когда внучка. Я надеюсь, что удастся учесть и сейчас, когда подрастает правнук.

Татьяна Раитина: Результатами вы довольны, я так понимаю?

Марьяна Безруких:  Довольны.

Татьяна Раитина: Во сколько вы учили ребенка читать?

Марьяна Безруких: Я не учила читать — он научился читать в школе. Не учила читать внучку, она пошла в 7,5 в школу и училась читать там. Хотя до школы она уже сама начинала это делать,  но мы не торопились в школу. Что я советую родителям — не бежать в школу, есть чем заниматься в дошкольном детстве, потому что школа сегодня не щадит ребенка, особенно если у ребенка есть особенности. Если у  него не очень здоровье особенно, если это чувствительные, ранимые, тонкие дети…

Татьяна Раитина: Даша, а вы что думаете по этому поводу, по поводу ваших детей? Вы их как сейчас, экологично развиваете?

Дарья Тимощук: Я считаю, что да. Некоторые считают, конечно, что я их терроризирую, слыша о том , что мои дети растут на 4 языках – это русский, английский, испанский и японский. На что мне приходится объяснять, что ни один из этих языков они не учат, и  по большому счету, пока что не говорят (им сейчас 2 и 4). Они понимают, практически абсолютно все.

Татьяна Раитина: То есть по своей методике вы и детей учите?

Дарья Тимощук: Да, где то у них есть няня носитель, которая с ними где-то приходит поиграть.

Марьяна Безруких: 4 языка – это сложно.

Дарья Тимощук: Им – легко!

Марьяна Безруких: Посмотрим, что будет дальше.

pixabay.com

Дина Дианова: Могу сказать, что я очень близка к такому подходу. Меня это привело к реджио, к идее заниматься ранним детством. Потому что раньше я преподавала в вузе, работала в большой компании – в другой области. Мои младшие дети открыли массу интересного. Кто-то ходил в детсад, кто-то нет, школа, как только начинала не подходить ребенку – уходили из школы. Потому что это токсичность. Я понимала, что ребенок не развивается, наоборот, постоянный стресс закрепощает ребенка. Поэтому перескакивали «совершенно» спокойно.  По итогу красные дипломы в вузе. Все поступили туда, куда хотели. Очень много внимания уделяла тому, чтобы прислушиваться. Я всегда слушала и слышала, в каком направлении интересно двигаться им. И они все пришли туда, куда интересно и где образование будет оптимально. Две мои девочки – филологи, все замечательно, сыну была интересна математика. Мы в итоге ушли из топовой физмат школы, из 11 класса, потому что мне сын сказал: мам, мне это не интересно, я хочу в олимпиадах участвовать. В итоге он поступил, куда хотел – был целый веер призерств. Я думаю, это работает.

Татьяна Раитина: Спасибо за ответ такой исчерпывающий,  и следующий вопрос, он очень хорошо ложится в тот вопрос, который у меня записан. В каких российских документах закреплено экологичное развитие дошкольников? У нас есть главный документ это ФГОС. И тут к Марьяне Михайловне вопрос, она, мне кажется, лучше всех знакома  с этим волшебным документом.

Марьяна Безруких: ФГОС – это рамки. Можно много найти неадекватного в ФГОСе, но, на самом деле, рамки задают вектор развития ребенка по основным пяти направлениям, почему-то речевое выделено из познавательного, может, это важно. Есть речевое, познавательное, художественно-эстетическое, социально-коммуникативное, физическое и здоровье. Замечательно, можно ли разработать программу, в соответствии со ФГОСом, и соответствующую возрастным и индивидуальным особенностям ребенка, не создающую рисков развития? Я характеризовала экологию дошкольного детства как отсутствие рисков развития. Того, что окажет негативное влияние на физическое или психическое развитие, может нарушить социальную адаптацию. Можно! Наша программа — «Ступеньки к школе» — сделана в полном соответствии с ФГОС, при этом она учитывает индивидуальную траекторию развития, учет индивидуальных способностей. Она дает в руки педагогу, методисту методику диагностики, наблюдения за развитием. Это значит, что ФГОС не противоречит развитию – хотя в рамках этого же стандарта можно сделать совершенно другую историю. Более того, можно взять хорошую обучающую программу и жесткого, требовательного, нетерпимого педагога, который не готов учесть возможности ребенка. Этот педагог программе навредит. Нужна не только программа – я возвращаюсь к этому в который раз — нужны квалифицированные педагоги и квалифицированные родители.  

Дина Дианова: Стандарты, которые существуют в дошкольном образовании — их много, старый вариант – это предписывающие программы, где все расписано. Такая программа шаг за шагом рассматривает все образовательные области, которые должны быть озвучены. Другой  вариант — это рамочные программы, которые как бы очерчивают круг. Основное достоинство ФГОСа — что там заявлен стандарт условий, а не стандарт  результата. В принципе не может быть одинакового результата при освоении одной программы, даже в одной группе одновозрастных детей не может быть.

Татьяна Раитина: Запрещено же на государственном уровне, насколько я знаю, оценивать.

Дина Дианова: Не знаю, как раньше оценивалось,  а сейчас, в связи с новым стандартом,  все видели это документ, наверное. Понятно, что он первый – возможно, надо  дорабатывать. Документ называется «Шкалы для комплексной оценки качества образования в дошкольных образовательных организациях».

Марьяна Безруких: Я бы этого не делала , я бы этим не пользовалась.

Дина Дианова:  Я считаю, что для того, чтобы что-то менять, надо чем-то пользоваться, каким-то измерителем.

Марьяна Безруких: Потому что будет как со скоростью чтения…

Дина Дианова: Здесь же этого нет, здесь это никак не измеряется. Здесь вот, например, по пунктам — как может выглядеть дисциплина в группе. Практически шкала токсичности — от экологичности до токсичности. Считаю, что как некий материал для начала работы он быть полезен

Татьяна Раитина: То есть не как руководство к действию.

Дина Дианова: Нет, так здесь же об этом написано, что этот документ — это внутренний аудит.

Марьяна Безруких: Будем надеяться, что будут разумные методисты, они не будут требовать.

Дина Дианова: Важное слово произнесла Марьяна Михайловна.  Вот методист – он как кто? И каковы его функции? У нас в реджио это называется педагогические координаторы – это «помогатели», которые помогают, собственно, поддерживать методики и помогают педагогам, прежде всего.

Марьяна Безруких: То есть, они осуществляют сопровождение, да? И функция методиста должна была бы быть  такой, но поскольку у нас методист всегда представитель высшей инстанции — он контролер.

Дина Дианова: Потому что у нас иерархическая система, а в реджио проще — они выстроили горизонтальную систему управления, у них нет директора, который дает указания. Там рабочие группы, там стоит описывать отдельно это, но у нас нет времени.

Татьяна Раитина: Да,у нас подходит время к концу. Спасибо вам большое, но мы не заканчиваем —  еще есть несколько вопросов, давайте ответим на вопросы коллег, которые так долго нас слушали. Существует ли преемственность между дошкольным экологичным развитием ребенка и школой? Если да, порекомендуйте, пожалуйста, школьные программы и школы для начальных классов.

Дина Дианова: После нашего сада, который отличается от обычных по всем параметрам, когда появились дети, которые должны были пойти в первый класс – мы выбирали вместе с родителями школу. И выбрали систему развивающего обучения Эльконина-Давыдова. Из того, что у нас есть – это самый лучший вариант по психологическому комфорту, по минимизации давления учителя над учеником. Я могу критически к содержанию подойти, но по психологическому комфорту и взаимодействию внутри — наиболее оптимально.

Марьяна Безруких: У нас 6 программ в начальной школе. Есть программы традиционные, с традиционной логикой и единственная программа Эльконина-Давыдова сперевернутой логикой обучения – не от частного к общему, а от общего к частному. Программа очень интересная, я была знакома с Василием Васильевичем Давыдовым, я помню, как начиналась эта программа,  как разрабатывалась. Не все предметные области сделаны в этой логике, к сожалению, программа стопорится в основной школе. Потому что основная программа – замечательная, а что дальше?  Да и во многом реализация этой программы зависит от педагога. Здесь высочайшей квалификации должен быть педагог. К сожалению, в данном случае, педагоги — это массовая профессия и не все, кто работает в этой системе, могут реализовать ее так, как она была задумана. Более того, в эту программу очень пристально отбирают детей. И я всегда говорю родителям, если вас не взяли, если вам психолог школьный сказал, что вам не стоит идти учиться по этой программе, не настаивайте, потому что это означает, что ваш ребенок не справится. Совсем не простая программа, она, ну в общем, не для всех детей.

Дина Дианова: Но об этом предупреждается сразу.

Марьяна Безруких: Я поэтому и говорю: не настаивайте. Есть программа Замковой, так называемая программа интенсивного обучения — она себя так позиционирует, и если у вас, например, ребенок  часто болеющий, то у вас нет люфта, нет возможности даже остановиться и все это догнать.

Дина Дианова: Ну Замкова пожестче вообще.

Марьяна Безруких: Я и говорю — это жестче, интенсивнее. Есть еще программы, но ключевое — это педагог, поэтому выбирайте не только программу, не только школу, но и учителя – если есть такая возможность. Но знаете, что меня удивляет больше всего? Сейчас родители все реже хотят строгого учителя.  

Все: Ну это не удивляет, это скорее радует.

Дина Дианова: То, о чем я говорила — все хотят человеческой жизни для ребенка, хотя….

Татьяна Раитина: Вопрос в связи с этим. Учитель на собрании сказала, что мой ребенок медленно читает. 1ый класс — читает 38 слов в минуту. Читаем каждый день. Ребенок понимает, что читает. Нужно ли работать над ускорением или пусть все идет своим ходом?

Марьяна Безруких: Ни в коем случае! В стандарте начальной школы нет ни единой цифры про скорость чтения. Мы 20 лет за это бились, и до сих пор учителя проверяют скорость чтения. Учитель не имеет права, в стандарте написано — каждый ребенок может читать в соответствующем ему темпе. 38 слов — очень хороший темп для первого класса.

Дарья Тимощук: Тем более, понимает, что читает – это главное.

Дина Дианова: Вот лучше бы были озабочены чтением с пониманием, иногда спросишь — он не понимает.

Марьяна Безруких: Чтение с пониманием появилась методика в 5 классе, я спросила – что вы делали до 5 класса? Потому что без понимания — это вообще не чтение.

Татьяна Раитина: Давайте немного о языках поговорим, это очень острая тема. Обучение иностранным языкам с раннего возраста — это особая тема, очень популярная. Кстати, недавно говорила с одним из партнеров. Они проводили исследование вместе с ВШЭ по поводу, где находятся дети, чему учатся  в дополнительном образовании. Выяснили, что 60 % детей в России охвачены доп.образованием, прежде всего, самые активные аудитории — дошколка и началка,  и три ведущих вида доп.образования: первый — это изучение языков. Естественно, огромный рынок, очень быстро меняется, много школ открывается, закрывается, разная эффективность – видимо. Рынок, достойный исследования. Наши партнеры также проводят большую конференцию, куда приезжают и руководители языковых центров, и в том числе для дошкольного образования. Давайте уделим этому пять минут и будем уже сегодня заканчивать.

Дарья Тимощук: Тема очень спорная, очень острая по поводу раннего обучения языкам.

Марьяна Безруких: Я бы говорила не про обучение, а про погружение.

Дарья Тимощук: Вот да, когда мы противопоставляем обучение и погружение. У нас недавно в проф. сообществе адептов погружения был очень большой спор, буквально пару недель назад была очень бурная дискуссия, когда один из специалистов прочитал ваше интервью журналу (обращаясь к Марьяне Безруких) и там был малюсенький вопросик про языки. Ваш ответ был воспринят — я доказывала активно, что ничего не сказано вопреки. Но из-за недостатка деталей очень неоднозначно воспринят. Там спросили, как вы относитесь к раннему обучению языкам до 4-5 лет в виде занятий 2 раза в неделю.

Марьяна Безруких: Плохо, в отличие от погружения в язык, как это происходит у билингвов.

Дарья Тимощук: Возникло недопонимание, что занятие два раза в неделю — это плохо, но просто сейчас тенденция появляется наконец-то: не только у «Смартфокса», появляются и другие занятия на языках, где именно погружение в естественную речь, а не изучение, не зубрежка слов.  

Дина Дианова: Да, 4-5 лет. Писать, читать зачем? Есть много коммуникативных методик где они поют, играют, сочиняют.

Дарья Тимощук: Погружение, где они не учат. Они танцуют, играют. Просто погружение может быть, как у билингов -50% от времени бодрствования, а может быть  2 часа в неделю. В общем, приходите, пожалуйста!

Марьяна Безруких: Я хочу посмотреть результаты сначала, потому что я видела много никаких результатов, когда приглашают носителя языка, я это много вижу. Но я все время говорю о том, что если вы начинаете обучение, у ребенка должна быть сформирована родная речь. Есть дети, у которых родная речь сформирована к трем годам, есть те, которые в 1,5 года хорошо говорят, а если ребенок до 5 лет вообще не говорит: у него речи нет, словарного запаса – смысл? Занимайтесь родной речью.

Татьяна Раитина: 5 лет — здесь уже задержка развития, здесь уже какой английский.

Марьяна Безруких: Я считаю, что если мы делаем урок английского с носителем или французского (именно урок), я очень хочу увидеть результат погружения – к сожалению, не видела.

Татьяна Раитина: Просто нет еще форматов полноценных.

Дарья Тимощук: Этот формат в виде занятий стал появляться в России буквально недавно. Если говорить о людях, которые с раннего возраста живут в двуязычной среде, ну факт есть факт — на планете более 4 млрд, более 50% билингвы, они живут в двуязычной среде с раннего возраста, с рождения.

Марьяна Безруких: Да, но тут важно понять, в каком возрасте ребенок придет в школу. Как к нему будут относиться, будут ли снисходительны к его проблемам. У нас —  нет. У нас он должен прийти читающий, хорошо бы пишущий, считающий, если мы не уделили время родному языку и упустили – упускать нельзя. От 40 до 60% несформированная речь, это дети с маленьким словарным запасом, неумением грамотно построить предложения,  неумение использовать слова – они междометиями   рассказывают про ситуацию, мультик. Есть коронная вещь. Вы, как филолог, это знаете — рассказ по последовательным картинкам. Даже знакомая сказка в лучшим случае описывается по одной картинке, все это в отсутствии грамотной связи. Если ребёнок приходит с таким запасом, если он читает предложение и два слова в нем не знает – значит, он не понимает и смысла предложения.

Дина Дианова: Мне кажется, это все потому, что нет игры у ребенка. Всё, что легко возникает в играх, когда ребенок, доиграв историю, продолжает обучаться. Иногда из уже известного сюжета возникает игра,  потом она продолжается в рассказе и в рисовании.

Дарья Тимощук: К чему мы пришли? У нас сейчас нет дворовой культуры, где дети учились играть. Есть напичкивание информации в детей как совершенно естественный процесс. Игры для детей превратились в методику — спасибо огромное за это Егору Бахотскому, гениальный человек! Он простые вещи делает, но появилась даже методика игры по Бахотскому, потому что  теперь,  чтобы дать детям поиграть, нам приходится вести на специальное занятие, чтобы там они научились играть.

Татьяна Раитина: Коллеги, вынуждена прервать нашу чудесную беседу! Во-первых, хочу поблагодарить наших слушателей. Читаю чат, там – спасибо, будет полезно и в жизни, и в работе. Это действительно так, я хочу сказать, что беседа не заканчивается – мы продолжим ее в очном формате.

26-28 февраля и Дина, и Дарья, и Марьяна Михайловна будут участвовать в ней очно, и мы узнаем гораздо больше. Будут большие тренинги, лекции, мастер-классы, мы сможем там воочию убедиться, что такое реджио-педагогика.

Дарья будет вести мастер-класс, где вы поймете, что такое погружение. Марьяна Михайловна будет вести чудесную часовую лекцию про помощь детям с особенностями развития. Я вас приглашаю перейти  на сайт конференции по дошкольному образованию —  вы можете кликнуть на ссылку и познакомиться со всеми спикерами. Их более 20. Мы вас ждем на конференции – побеседовать уже очно.

Также хочу передать словам нашим участникам. Спасибо большое! У вас, наверное, есть что пожелать вашим коллегам из профессионального сообщества в дошкольном образовании. Что бы вы хотели пожелать? Дина, с вас начну, пожалуйста – вам слово!

Дина Дианова: Я следую главному призыву экологов — мыслить глобально и действовать локально. Хочу призвать всех педагогов расширять свои профессиональные горизонты, внедряться самим в  темы, которые интересны. Не ждать указаний сверху и заниматься образованием себя самих.

Дарья Тимощук: Хочу призвать к тому же самому: очень большая просьба к педагогам — осознайте, что то, чему учили в вузе, это далеко не факт, что актуально и является правдой. Очень многое из того, чему до сих пор учат в педвузах, давно опровергнуто современной наукой.  И, действительно, повышайте свою квалификацию, не ждите указаний сверху, повышайте свою компетенцию, хотя бы, чтобы разобраться в вопросе, по которому вы работаете, и соблюсти принцип «Не навреди!».   

Марьяна Безруких: Я хочу закончить нашу встречу словам русского педагога Е.Н. Водовозовой. Ее книга вышла в 1901 году, называется  «От первого проблеска сознания до 7 лет», она переиздана, прочтите, пожалуйста.  Елизавета Николаевна писала: «Дайте разумное содержание жизни детей дошкольного возраста, и они не будут ни вялыми, ни глупыми, ни ленивыми, ни безнравственными и так далее…» Вот я хочу, чтобы мы подумали о том, что мы хотим от наших детей и то, что мы даем им, было разумно и соответствовало возможностям и способностям детей.

Татьяна Раитина: Огромное вам спасибо за ту просветительскую миссию,  которую вы на себя берете. Она трудна, очень, но она нужна, нужна в России сегодня. Она делает дошкольное образование лучше, и те люди, которые нас слушают сегодня, я уверенна, узнали для себя какие-то вещи – они будут знать, куда двигаться, что читать и, собственно,  расширять горизонты, о чем и пишут участники в нашем чате.

Расширять горизонты — это самая главная задача. Надеюсь, что мы справимся. Спасибо всем слушателям и до встречи на конференции «Дошкольное образование. Лучшие программы, практики и технологии». Приглашаем всех воспитателей, руководителей дошкольных организаций – государственных и частных. Интересно будет всем! Огромная насыщенная программа и, собственность, возможность еще раз встретиться уже очно и лично познакомиться с нашими гостями. Спасибо вам и до свидания.